Войти
Мнение
«Про бизнес.» 19 августа 2016

Как разобраться с проблемными активами. Мнение Михаила Андреева – человека, который работает с ними каждый день

Фото: Алексей Пискун, probusiness.by
Фото: Алексей Пискун, probusiness.by

Проблемные компании и активы токсичны: они не приносят денег и способны навредить здоровым бизнесам. Михаил Андреев, учредитель и руководитель ЗАО «Белреализация» (продажа и обслуживание  проблемных активов). анализирует опыт работы своей компании и делится мнением: почему растет объем проблемных активов и как это влияет на многие сегменты экономики.

— За первое полугодие объем проблемных активов белорусских банков вырос уже в два раза, достигнув 55, 465 трлн неденоминированных белорусских рублей. Для нашей банковской системы это рекорд.

Проблемные активы — это невозвратные кредиты, а также недвижимость, финансовые средства, оборудование и другое имущество, которое банки брали в качестве финансового обеспечения. А получатели кредитов передавали это имущество в залог, понимая всю ответственность и риски.

По росту проблемных активов можно сделать выводы о ситуации во многих сферах бизнеса. Это как кандалы для экономики. Серьезная проблема, над которой надо работать долго и упорно.

Как возникают проблемные активы

Существуют различные определения, что такое проблемные активы. Смысл один — это активы, которые приводят к убыткам займодателя. Более того, возврат их частично или в полном объеме сомнителен.

К признакам проблемности финансового характера можно отнести:

1. Нецелевое использование кредита. Например, кредит выделен на приобретение материалов, связанных с производством продукции, или модернизацию оборудования, ремонт кровли и т.п. А направлен — на выплату зарплаты или погашение задолженности за энергоносители. Вариантов много, смысл один — кредит направляется на цели, не предусмотренные кредитным договором.

2. Моральное или физическое старение ценностей, применяемых в качестве залога.

Например:

  • За последние три года легковой транспорт (который банки принимали в залог три года назад) потерял в рыночной стоимости от 50 до 75%
  • Грузовой транспорт, особенно белорусского производства (седельные тягачи, самосвалы и т.п.) теряют в стоимости тоже очень быстро — не менее 50% к аналогичному прошлому периоду
  • Цены на торговую и офисную недвижимость тоже не стоят на месте, они снизились

Промышленное оборудование — самый неудобный залог. Каждый залогодатель рассказывает банку об уникальности своего оборудования и своей продукции, высокой производительности и качестве. Это нормально. Но истинную ценность этого оборудования и его перспективность, кроме собственника, очень часто не знает никто.Производители оборудования — это не виноделы со столетними традициями. Ежеквартально меняются запросы потребителей, выходят станки более мощные по объемам выпускаемой продукции, сниженному энергопотреблению и т.д.

Вот, например, производственная линия на фото несколько лет назад могла стоить $ 600 000. Теперь реальная стоимость ниже в разы. И таких примеров много.

Фото с сайта beltorgi.by
Фото с сайта beltorgi.by

Или можно оценивать по-другому. Сколько стоит оборудование, если выпускаемую им продукцию невозможно продать с прибылью — слишком большие затраты на электроэнергию? Или у продукции нет сбыта, она не востребована на рынке, появились новые товары-заменители (пока шла модернизация линий)? Явно, что цена недорогая.

Конечно, финансовые институты применяют дисконт при взятии в залог от 20 до 50% от существующего рынка. Но если платежи по кредиту не осуществляются продолжительное время, то и этого дисконта недостаточно.

3. Понижение коэффициентов ликвидности. Это соотношение величины активов к величине обязательств. Например, компания с суммарным долгом и другими обязательствами в $ 2 млн и суммой активов в $ 5 млн будет иметь коэффциент 2,5. Это означает, что сумма ее активов в 2,5 раза больше суммы обязательств.

Но может быть и наоборот. Например, в активе компании есть гостиница, введенная в эксплуатацию до Чемпионата мира по хоккею. После его окончания, в километре, построили еще одну гостиницу, аналогичную. Изменились ли коэффициенты ликвидности этой компании? Конечно, да.

4. Другие причины (перечислены лишь основные):

  • Падение объемов продаж
  • Убытки от оперативной деятельности
  • Ухудшение финансового состояния гарантов или поручителей за кредит
  • Снижение качества обслуживания долга (задержка или неполная выплата процентов по кредиту)
  • Использование новых кредитов для погашения ранее полученных (перекредитование)

Проблемные активы белорусских компаний, конечно, возникают и по этим причинам, и не только по ним. Ниже расскажу и об остальных причинах.

Чем опасна потенциальная проблемная задолженность

Логично, что проблемные активы возникают, если у предприятия появляется проблемная задолженность.

Проблемную задолженность следует разграничить на:

  • Реальную, проблемы возврата по которой уже реализовались. Это сумма задолженности, отраженная в бухучете, например, как просроченная задолженность по кредитам
  • Потенциальную. Сроки ее погашения не наступили. Но в ходе кредитного мониторинга были диагностированы признаки проблемности. Количественно она состоит из 2 частей: срочная и пролонгированная задолженность

Вот это актуальнее — потенциальная проблемная задолженность! Есть о чем поговорить.

Число убыточных организаций в январе-июне 2016 по сравнению с таким же прошлогодним периодом выросло с 1 393 до 1 738. А удельный вес таких организаций увеличился с 18,3% до 22,8%. Растут, например, убытки в промышленности, АПК.

Следует ли предприятия этих и других сфер считать потенциально проблемным активом экономики? Конечно, да. Из-за них растет проблемная задолженность.

Фото с сайта tehmash.by
Фото с сайта tehmash.by

Убыточные предприятия представляют угрозу и для прибыльных компаний. Они не платят здоровым предприятиям: поставщиками материалов, подрядчикам и прочим. В лучшем случае платят с большим опозданием.

К примеру, вы построили склад для госпредприятия, перевозили для него продукцию, поставляли комплектующие, оказывали услуги (неважно какие), ремонт делали, сети прокладывали и прочее. Представьте:

  • Для осуществления этих работ вам пришлось использовать собственные оборотные средства (по предоплате работают очень немногие)
  • Для окончания работ (а вам каждый месяц говорят, что вот-вот все оплатят, даже акты выполненных работ подписывают) пришлось взять кредит

И вот проходит несколько месяцев, вам не платят по-прежнему. И это может подорвать финансовую стабильность любой устойчивой ранее компании — ей надо платить налоги, зарплату, аренду и т.п. Подобные проблемы мы замечаем по фразам своих клиентов: «Вот с нами рассчитаются за … и мы сразу купим у вас что-то».

Как сказал еще один из клиентов, «…сейчас платят только трусы!»

Примеров таких, к сожалению, много. Есть заказчики, которые легко могут разорить крупное частное предприятие. Вариант — обратиться в суд. Это требует времени и денег. Чем закончится — непонятно, в лучшем случае концом дружеских отношений и взысканием долга. В худшем – проверками контролирующих органов. Есть и другие варианты.

Крупные убыточные предприятия, как омут — тянут за собой десятки других, более жизнеспособных компаний.

А теперь ответим на 2 вопроса:

  • Средства, которые не оплачивают поставщикам убыточные предприятия промышленности и АПК (или платят с опозданием в 6-10 месяцев) — это проблемный актив для экономики? Конечно, да
  • Повлияют ли убыточные предприятия на рост проблемной задолженности белорусских банков? Конечно, да – это не может не повлиять

Что будет дальше?

Причины роста проблемных активов всем известные:

  • Замедление экономической динамики: за январь-июль ВВП сократился на 2,7%
  • Негативная ситуация на российском рынке, на который влияют санкции стран Запада, ощущаются последствия от недавнего падения цен на нефть, газ и другие сырьевые товары
  • На быстрое восстановление российского рынка я бы не рассчитывал. К другим рынкам, новым, мы не готовы. Для этого надо время, деньги, смелость и много другое. Не сейчас. Нет денег и остального тоже нет

Изменение фьючерсов на нефть Brent, $ за баррель

Изменение фьючерсов на нефть Brent Скриншот с сайта ru.investing.com
Изменение фьючерсов на нефть Brent Скриншот с сайта ru.investing.com
  • Существенное уменьшение финансирования хронически убыточных государственных предприятий
  • Качество менеджмента. Часто назначение специалиста руководителем проблемного предприятия похоже на приговор. Ограничения в действиях и масса согласований часто превращает такую работу в бессмысленную. Цели недостижимы.

В итоге, рост проблемных активов будет продолжаться. И надо понимать, что каждый проблемный актив, залог, по силе своей токсичности надо умножать не менее чем на два.

Допустим, проблемный кредит брался предпринимателем для приобретения самосвала МАЗ. Он же и стал залогом. Причина невыплаты кредита:

  • Самосвал не работал в бесперебойном режиме, с нормальной постоянной загрузкой, ломался
  • Либо с предпринимателем своевременно не рассчитались за работу. Актив стоит без топлива и водителя. Предприниматель своевременно не платит по кредиту.

В итоге, самосвал работает с неполной загрузкой, кредит не обслуживается — банк обращается в суд — залог арестовывается — самосвал запрещают использовать по назначению. Возможно, предприниматель уже подал заявление на ликвидацию либо переходит в банкротство (там тоже нельзя вести хоздеятельность). Все, актив стал кучей железа. Предприниматель не платит кредит, налоги, зарплату.

С другой стороны, банк тоже можно понять. Он не получает прибыли от кредита, процентов. Он не может эти средства использовать, передать другому кредитополучателю. Банк готовиться к убыткам по данной сделке.

На месте предпринимателя можно представить любое предприятие.

Если актив проблемный, значит, нет ни денег, ни эффективной работы на эти деньги. Двойной отрицательный эффект.

Что можно сделать?

Советов можно давать много — это легко. Выполнить намного труднее и ответственнее. Если очень коротко:

1. Наша промышленность (станкостроение и машиностроение, деревообработка), сельское хозяйство – самый проблемный кредитополучатель. Все было бы иначе, если бы такие госпредприятия кредитовались на общих, рыночных условиях.

Представьте, например, что руководитель частной организации с убытками на протяжении трех лет, с активами, изношенными на 70%, задолженностью по зарплате, ФСЗН, НДС, перед поставщиками и прочее, с полными складами и с бизнес-планом пятилетней давности приходит и говорит: «Мне надо кредит. Срочно! Коэффициенты свои вы не считайте и не думайте долго. Просто дайте денег!». Банк может вызвать охрану.

Но есть же государственные предприятия. И их охрана не выводит. Это особый вид предпринимателей, которые, кажется, знают волшебное заклинание для банкиров. Им деньги дают со слезами. Знают, что безвозвратно, но все равно дают!

Вывод: условия должны быть равными. Есть, конечно, исключения — нужды обороны, медицины, образования. Остальные компании — в общую очередь.

2. Можно определить перечень продукции, который не надо выпускать. Не портить материалы, зря не светить, не охранять, не отапливать, не убирать производственные помещения — потому что это дорого.

3. Надо продавать, а не собирать балласт и устраивать музей проблемных активов, которыми мы очень дорожим и гордимся. Это очень дорогой музей. Хотя по факту это всего лишь промышленный объект, и если он не может работать и приносить прибыль длительное время, и смена руководства ничего не дает — его надо продать. Это же не человек — это железо и бетон. Держать под капельницей убыточные предприятия — очень дорого, непозволительная роскошь.

Развивать и финансировать надо то, что работает успешно.

Живой воды – денег – на всех раненых не хватит. Это трудный выбор. Но вариантов других нет, надо решаться. Придется продавать.

4. Все это можно начать после поднятия пособия по безработице до достойного уровня. А после закрыть устойчиво убыточные предприятия. На самом деле это приведет к экономии средств.

В случае же, если оставить экономику в состоянии «как сейчас», и государство будет и дальше действовать как в китайской мудрости «если долго сидеть на берегу реки и не суетиться — то когда-нибудь увидишь проплывающий труп своего врага», то доля проблемных активов, по моим прогнозам, может вырасти к концу года до 17-19% от общей стоимости активов.

Отмечу также, что некоторые робкие шаги предпринимаются: сейчас создается специализированная организация по работе с проблемными долгами предприятий — ОАО «Агентство по управлению активами».

По разговорам с управляющими по банкротству, банками и лизинговыми компаниями, судебными исполнителями, по активам, которые мы обслуживаем и продаем, можно говорить о некоторых особенностях, по сравнению с 2014-2015. Самое явное — это начало работы с госсекотором.

Раньше это была редкость, когда государство продавало проблемные активы. Теперь — обычное дело.

Это небольшие и средние, давно убыточные предприятия из строительной сферы, сельского хозяйства, легкой промышленности, деревообработки, металлообработки и прочие.

В то же время, количество активов, которые мы реализуем, сегодня растет. Мы продаем больше, чем в прошлом году – и в деньгах, и в количестве. Привлекаем покупателей из Росиии, Украины, Польши. Наши предприниматели тоже покупают, не меньше, чем раньше. То есть внутренний рынок слабый, но он есть — раз есть спрос на станки, оборудование, машины.

Поэтому я верю, что определенное количество убыточных предприятий преодолеет временные трудности, выйдет на положительную рентабельность, на новые рынки, выпустит новые товары и т.п.

Посмотрите: машин на улице много (а они все заправляются и ремонтируются, значит – деньги есть), людей в магазинах тоже много (они что-то покупают, значит – есть деньги). А если есть деньги, значит, можно заработать некоторую их часть.

И разве все, что происходит сейчас, может испугать наших предпринимателей? Нет. Жизнь продолжается! Все будет хорошо, но по-другому. Так, как раньше, уже не будет.

Привыкаем к новой реальности.

Комментарии

Войдите, чтобы оставить комментарий

Сейчас на главной

Новости компаний

Платный контент